Алексей Арестович уже более четырех лет остается одной из самых заметных фигур украинского информационного пространства, когда речь заходит об анализе российско-украинской войны. Его ежедневные или регулярные разборы событий собирали миллионы просмотров еще в начале полномасштабного вторжения, а сегодня, после отставки и введения санкций в 2025 году, он продолжает формировать обсуждения из-за границы через YouTube-канал и социальные сети.

Бывший военный разведчик, психолог и коммуникатор, Арестович сочетает личный фронтовой опыт с широким стратегическим видением. Его слова разбирают, цитируют и критикуют, потому что они часто опережали официальную риторику или предлагали неудобные параллели. Даже после того, как в мае 2025 года СНБО ввело против него персональные санкции на десять лет, аудитория не исчезла — напротив, интерес к его размышлениям о ходе войны, природе конфликта и сценариях будущего только вырос.

Почему именно его аналитика до сих пор приковывает внимание? Потому что Арестович одним из первых четко очертил масштаб будущей угрозы еще в 2019 году, а позже откровенно признал собственные просчеты, когда реальность оказалась сложнее любых моделей.

Путь к роли военного аналитика

Родившийся 3 августа 1975 года в грузинском городе Цители-Цкаро (ныне Дедоплисцкаро), Алексей Арестович вырос в Киеве. Окончил Одесский институт сухопутных войск по специальности военного переводчика. Служил в Главном управлении разведки Министерства обороны Украины в 1999–2005 годах, получил звание подполковника запаса.

С началом войны на Донбассе в 2014 году он добровольно присоединился к подготовке боевых подразделений в рамках программы «Народный резервист», организовал благотворительный фонд психологической поддержки военных. В 2018–2019 годах прошел службу разведчиком в 72-й отдельной механизированной бригаде на Донетчине, совершив, по собственным словам, 33 боевых выхода за линию фронта.

В октябре 2020 года Леонид Кравчук назначил его советником по информационной политике и официальным спикером украинской делегации в Трехсторонней контактной группе по урегулированию ситуации на Донбассе. С декабря 2020-го по январь 2023 года Арестович работал внештатным советником Офиса президента по вопросам стратегических коммуникаций в сфере национальной безопасности и обороны. После начала полномасштабного вторжения он стал одним из самых публичных голосов, которые ежедневно объясняли ситуацию на фронте и в тылу.

Прорывное предсказание 2019 года

В 2019 году в интервью изданию Apostrophe Арестович с точностью до деталей описал сценарий полномасштабного российского вторжения. Он назвал четыре основных направления ударов: воздушное наступление, осада Киева, попытка окружения украинских сил на Донбассе, продвижение из Крыма для обеспечения водой полуострова и атака с территории Беларуси. Предсказал создание новых «народных республик», удары по критической инфраструктуре и использование десантных подразделений.

Вероятность такого сценария он оценил в 99,9 %, а период 2020–2022 годов назвал наиболее критическим. Многие элементы этого прогноза сбылись уже в первые недели и месяцы 2022 года: попытка быстрого захвата Киева, действия с белорусского направления, активность вокруг Крыма и обстрелы инфраструктуры. Это дало ему значительный кредит доверия среди части аудитории, которая искала четких и структурированных объяснений событий.

Брифинги во время войны и отставка

В первые месяцы полномасштабного вторжения Арестович регулярно выступал с анализом ситуации, часто в эфирах совместно с другими экспертами. Его комментарии помогали миллионам украинцев ориентироваться в хаосе первых дней и недель. В то же время его стиль — прямые, иногда жесткие оценки — вызывал как поддержку, так и критику.

В январе 2023 года после российского ракетного удара по многоэтажке в Днепре Арестович в программе «Фейгин Live» высказал версию, что ракета могла быть сбита украинской ПВО и упасть на дом. Позже он назвал это серьезной ошибкой, извинился перед пострадавшими и 17 января подал заявление об увольнении с должности внештатного советника. Офис президента удовлетворил просьбу в тот же день. Этот эпизод стал поворотным моментом в его публичной карьере.

Признание ошибок и эволюция взглядов в 2025–2026 годах

В июне 2026 года Арестович публично признал ряд собственных просчетов. Среди самых крупных он назвал переоценку адекватности российского руководства, потенциала западных стран, роли Глобального Юга и устойчивости украинской системы. «Казалось, что прогнившая и неэффективная система не должна была выдержать пять лет войны, да еще и перейти в контрнаступление», — отметил он.

По его наблюдениям, война давно вышла за рамки рациональной логики. Она развивается по собственным, часто иррациональным правилам. Одной из глубинных целей конфликта, по мнению Арестовича, стала фундаментальная трансформация самой России. Владимир Путин, считает аналитик, способен прекратить боевые действия одним решением, однако не делает этого, потому что война выполняет функции, которые выходят далеко за пределы территориальных или политических уступок.

Арестович неоднократно подчеркивал, что переговоры между Украиной и Россией фактически никогда не прекращались с вечера первого дня войны — менялись только площадки, посредники и состав делегаций. По его мнению, в 2025–2026 годах кураторство над процессом в значительной степени перешло от Соединенных Штатов к формату «большой европейской тройки» — Великобритании, Франции и Германии.

Ключевые тезисы о текущем этапе войны

Арестович считает, что обе стороны — и Украина, и Россия — оказались в ловушке отсутствия собственного четкого видения мира и целей, что вытекает из недостатка собственной онтологии. Война, по его словам, стала инструментом в более крупной геополитической игре, где Украина сдерживает Россию, а Россия — Китай. Реальным бенефициаром, по его убеждению, остается Китай независимо от формального результата.

Россия, считает Арестович, не имеет реальных средств достичь своих стратегических целей в этой войне. Она может лишь наносить дополнительные страдания гражданскому населению Украины, но это не меняет главного — стратегического поражения. В то же время Украина способна опережать противника тактически, и Россия не имеет средств полностью перебить это преимущество на поле боя.

Мобилизационные модели обеих сторон, по оценкам Арестовича, исчерпают себя максимум за полтора-два года от середины 2025-го. После этого возможен переход к более вялой войне, которая может длиться десятилетиями, но вопрос «зачем?» будет становиться все острее.

Сценарии завершения и будущее

Арестович не ожидает быстрого окончания активной фазы. В различных выступлениях 2025–2026 годов он очерчивал несколько возможных путей: от переговоров с возвращением части территорий и восстановлением страны до более жестких вариантов, связанных с внутриполитическими изменениями в Украине или даже риском гражданских волнений в случае резкого сокращения внешней поддержки.

Он подчеркивает, что единственным настоящим победителем в этой войне с большой вероятностью станет Китай. Для Украины и России, по его мнению, война означает продолжение роли инструментов, которые стачиваются в процессе более крупной борьбы.

Влияние аналитики на общество

Даже после санкций 2025 года и пребывания за границей Арестович сохраняет значительную аудиторию. Его сила — в умении видеть большую картину, сочетать военную психологию с геополитическим анализом и не бояться пересматривать собственные оценки. Слабость — в смешении фактов с интерпретациями и в том, что часть прогнозов не сбылась.

Его путь от официального советника к независимому наблюдателю демонстрирует, насколько сложно сохранять объективность и ответственность во времена, когда каждое слово имеет вес. Аналитика Арестовича о войне остается важным, хотя и полярным, элементом украинского дискурса — она заставляет задуматься о пределах предсказуемости, природе иррационального в политике и цене, которую платит общество за затяжной конфликт.

Сегодня, когда активная фаза войны длится уже более четырех лет, его размышления о переходе к новым моделям противостояния, роли Европы и долгосрочных последствиях для обеих сторон предлагают дополнительный инструмент для понимания процессов, которые разворачиваются. Независимо от того, разделяет ли читатель все его выводы, детальный разбор мыслей Арестовича помогает лучше ориентироваться в ландшафте, где рациональное и иррациональное переплетаются ежедневно.